Человек, понесший ущерб, хочет во что бы то ни стало выяснить, чем это было вызвано: он жаждет "смысла" своего страдания, - и по возможности высшего смысла. - Злодея, который, играя своею силой, ограбил и покалечил его, он жадно вопрошает: "За что?!" - Он не может понять, сколь мало на самом деле значит человеческая жизнь и его страдание в особенности.
Величайшая опасность для всякого художника заключается в том, что когда он начинает выдавать откровенно слабые произведения (а в случае любого большого художника это именно происходит с необходимостью), некому будет напомнить ему об этом: "публика" их все равно не воспримет, как и все предыдущие, - а другие художники будут слишком удивлены и станут ждать развязки, - чем же это кончится.
Что до сих пор упускалось из виду: борьба за свободу, за мир, за добро, за справедливость, за права человека, за равноправие и т.п. и т.п. - Это ведь прежде всего борьба. - Сами "борцы" таким образом обретали смысл своей жизни. - Им НУЖЕН был повод повоевать, - а также благовидный предлог для этого. - Они задохнулись бы сами, попади они вдруг в то царство "свободы, равенства и братства", наступление которого они своими же руками и приближали.
Утилитаризм есть признак оскудения жизни: пытаются достичь ощущения изобилия посредством бесконечной рационализации и максимального использования ресурсов. Выдавливают все до последней капельки, упрощают, искореняют все самостоятельное и не подчиненное "общей цели". - В то же время, однако, возрастает и обратная тяга: к безделушкам, к "отдыху", - что сильно ударяет по искусству, и, в сущности, окончательно подавляет любое возможное инакомыслие.